Единство и многообразие языков. Метаязык. Формализованный язык. Машинные языки. Знаковая форма языка. Философия как язык

Из Библии известно, что разгневанный дерзостью людей, вознамерившихся после всемирного потопа построить в Вавилоне башню до небес, Бог "смешал их языки" так, что люди перестали понимать друг друга. Действительно, многообразие языков осложняет взаимопонимание людей. Однако, и это отчасти даже удивительно, многообразие языков — обязательная черта жизни людей. Если бы даже все люди согласились говорить на международных языках воляпук (создан немцем Шлейером) и эсперанто (создан поляком Заменгофом), то тем не менее многообразие языков не было бы ликвидировано. Осталось бы различие между естественными и искусственными, формализованными и машинными языками.

Метаязык — это язык, на основе которого производится исследование другого языка, последний при этом называется объектным языком. С точки зрения человека, говорящего на русском языке и изучающего английский язык, русский язык является метаязыком, а английский язык выступает в качестве объектного языка. В нашем изложении мы постоянно пользуемся метафилософским языком, то есть категориями метафилософии. Так, в предыдущем параграфе природа естественного языка рассматривалась на базе таких категорий, как возможность, символ. Раздел математической логики, посвященный основаниям математики, называется метаматематикой, она функционирует как метаматематический язык. Соотношение между метаязыком и объектным языком реализуется в процессе перевода. Перевод представляет собой своеобразную интерпретацию. Он, конечно же, не сводится к простой замене каждого отдельного слова его коррелятом из соответствующего словаря. Это очень наглядно выясняется при переводе стихов. Сначала получают подстрочник. Но это еще не поэтический перевод, ибо подстрочник не воспроизводит поэтический образ. Потребуются дополнительные усилия, но уже не просто переводчика, а поэта-переводчика, прежде чем будет достигнут адекватный перевод. Замечено, что адекватный перевод, как правило, объемнее оригинала. В языке исследователя зачастую требуется несколько слов, дабы перевести одно иностранное слово. Метаязыки широко используются в науке, здесь они выражают, фиксируют знание наиболее общего характера. Язык философии — это метаязык максимальной общности, его вынуждены использовать все образованные люди.

Наряду с естественными есть искусственные языки, созданные людьми для решения определенных задач. К ним относятся языки науки, машинные языки, жаргоны, эсперанто. Особо значительную роль в условиях научно-технической революции стали играть формализованные и машинные языки.

Формализованные языки — это логические или математические исчисления. В отличие от естественного языка в формализованном языке используются логические и математические знаки; всякого рода многозначности и нелепости по возможности исключаются, широко используются формулы. Известный специалист в области математической логики А.Черч подчеркивал, что формализованный язык нужен для отслеживания логической формы. Великий логик Г.Фреге, сопоставляя созданное им исчисление с естественным языком, сравнивал микроскоп с человеческим глазом. В решении одних задач преимуществом обладает глаз, в решении других — микроскоп. Подобно микроскопу, логическое исчисление пригодно лишь в некоторых случаях, там, где человек имеет дело с логической формой.

При оценке значимости формализованных языков часто имеют место крайности: их значение либо недооценивается, либо переоценивается. Ныне все большее число ученых считает, что даже мышление представлено в формализованных языках не во всем своем богатстве. Очевидно, что для логического воспроизведения мышления требуется много формализованных языков. Столь же очевидно, что формализованные языки мало пригодны для выражения чувственно-эмоциональной и эйдетической сторон духовного мира человека. То же относится к творчеству человека. Но, с другой стороны, успешное использование формализованных языков показывает, что деятельность человека, психологическая и предметная, имеет намного более логическо-математический характер, чем это казалось ранее. Поэтому использование формализованных языков приносит человеку все новые выгоды, особенно если это использование машинизируется. Машинный язык позволяет записать программы алгоритмов и содержание информации, хранящейся в огромных объемах в запоминающих устройствах вычислительных машин. Если велосипед, мотоцикл, ракета позволяют человеку наращивать скорость своего перемещения, то ЭВМ соответственно позволяет человеку увеличивать объем его памяти и усиливать его вычислительные способности. ЭВМ не обладает психикой, она лишь моделирует ее структуру, характерные для нее связи. Подведем итоги. Духовная, психическая жизнь человека символизируется во многих языках, каждый из которых выражает определенную сторону, закономерность, черту этой жизни. Языки проецируются друг на друга — возникают языковые интерпретации, взаимопонимание людей, ликвидируется вавилонское столпотворение языков.

Язык в своей звуковой и графической формах представлен в основном условными знаками психической деятельности человека. Бели субъект говорит или пишет, то он переводит в знаки, "означивает" свой душевный мир и тем самым делает его доступным для других людей. Тот, кто воспринимает речь и письмо, переводит смысл знаков в состояние своей психики. Таким образом, язык как процесс на каждой своей стадии есть символизация. С этой точки зрения язык людей не исчерпывается системой знаков. Система знаков — это лишь промежуточная стадия процесса функционирования языка, его временная обитель, которую собеседники посещают по необходимости и склонны как можно быстрее покинуть.

Естественный язык явился гениальным изобретением человечества: оказывается, можно извлекать и перерабатывать информацию о предметах, оперируя непосредственно не с ними, а с их знаками. Так началась грандиозная революция, которая приобретает все больший размах. Знаки оказались весьма удобны для их использования в общении, в познавательной деятельности, в науке. Знаки обладают обобщенным характером, они могут использоваться различными людьми в различных ситуациях. Использование формализованных языков позволяет получать информацию в компактной форме и, самое главное, эффективно экономить время. Знаки в силу их материального характера удобны для машинной обработки, для развития технических систем связи. Наиболее развитые современные страны, такие, как Япония, США, ФРГ, часто называют информационным обществом. Здесь использование знаковых систем производится более эффективно, чем в других странах. Одно из главных направлений развития современного человека связано с его знаково-символической деятельностью. Это обстоятельство во многом объясняет, почему современная философия по необходимости является лингвистической (языковой) философией.

Философию часто характеризуют в качестве формы сознания. Но философия — это еще и язык, форма языковой деятельности. Философ занимается знаково-символической деятельностью не меньше, чем представители других наук. Язык философии по отношению к любым языкам часто используется как метаязык. Причина ясна. Язык философии имеет дело с наиболее общими чертами мироздания; особенное и единичное удобно рассматривать с позиций общего. Философия есть метаязык по отношению как к физике и математике, так к логике и математике. Но, с другой стороны, язык философии тоже может быть подвергнут исследованию, например, с позиций языка логики. В таком случае логика играет роль метаязыка, а философия имеет значение исследуемого (объектного) языка. В науке существует что-то вроде закона оборачивания языков: каждый язык смотрится в зеркало другого. В оборачивании языков активное участие принимают естественные языки.

Когда неопозитивисты применили к анализу естественного языка логику, то они обнаружили там… логику. Естественный язык остался естественным языком, но ему был придан более ясный логический вид. Не без изумления логики и математики обнаружили, что создаваемые ими в муках и тревогах творчества "точные" языки всегда окружены неустранимым "шумом" естественного языка. Естественный язык гонят в дверь, а он заглядывает в окно. Нечто аналогичное происходит и с философским языком — он неустраним.