Наука и философия как рациональные слагаемые духовного бытия

Наука и философия занимают важное место в жизни общества уже с самого начала формирования социального бытия. Наука, научные знания – результат развития всей человеческой истории. Первые знания об элементах окружающего мира появляются в глубочайшей древности. Даже для самой примитивной материальной деятельности нужны определенные знания о качествах и свойствах вещей, с которыми человек сталкивается в ходе удовлетворения своих жизненных потребностей. Это были знания эмпирического уровня, которые человек получал в результате непосредственного опыта. Такие первичные знания в тот период моментально распространялись, становились всеобщим достоянием. Без такого коллективного знания первобытное общество просто не могло бы существовать. Результаты коллективного опыта передавались последующим поколениям, а сами знания становились элементами индивидуальной и общей духовности.

Стремление к познанию сопровождало всю человеческую историю. Знания распространялись, сама жизнедеятельность интеллектуализировалась, т.е. человек в своей практической деятельности все больше опирался на багаж знаний. С началом классового деления занятия по получению новых знаний становятся профессией, появляются первые «мудрецы». Там, где наличных знаний не хватало для объяснения тех или иных явлений, на помощь приходила фантазия; а не хватало знаний там, в тех областях, с которыми человек не мог соприкасаться непосредственно. Например, способность падающего горшка вызывать звук падения никого не удивляла, но раскаты грома во время грозы оставались необъяснимыми. Вот тут-то на помощь и приходила фантазия. Разводя сады, человек мог наблюдать, как какое-то из посаженных деревьев не прижилось, хотя все делалось, казалось бы, одинаково. Почему? Почему у одного животного в потомстве только один – два детеныша, а у другого – пять – шесть? Следовательно, древнего человека окружало познанное, ясное, но рядом было и таинственное. Вот это «таинственное» и питало религиозно-мифологические представления, которые неясное делали «ясным и объяснимым». Следовательно, древнюю мифологию нужно видеть и как первую форму знания, которое помогало человеку «вписываться» в действительность. Появляется вера в добрых и злых духов, в добрых и злых богов; а если что-либо в жизни неожиданно превращалось в свою противоположность (неудачи на охоте внезапно оборачивались удачами и наступала стадия всеобщей сытости), это воспринималось результатом проявления «милости» со стороны духовных сил.

Не всякая сумма знаний автоматически превращается в науку. Наука – это знание всеобщего, закономерного, когда выводы носят всеобщий характер, относятся к целому классу вещей. Умение выращивать плоды на одном дереве еще не означает, что сложилось «плодоводство». Для появления данной науки необходимо знание природы плодового дерева вообще, знание необходимых для этого свойств почвы и природно-климатических условий. Сегодня мы можем характеризовать науку как законы природы, переведенные на язык сознания. Значит, наука – это знание всеобщего, повторяющегося, существенного в явлениях. К примеру, потребность растений во влаге – научный факт. Он с необходимостью присутствует во всех растениях, а между рядом стоящими растениями идет настоящая война за почвенную влагу.

Наука в современном смысле слова стала складываться в Новое время. Все ранее приобретенные человечеством знания носили частный, разрозненный характер, где закономерное часто соседствовало с домысливаемым: например, указание «атомиста» Демокрита, что все вещи состоят из атомов. Сегодня данную догадку следует признать гениальной, а предложенная Демокритом характеристика самого атома осталась достоянием истории: в ходе становления атомной и ядерной физики они были опровергнуты.

Все науки в своем суммарном виде призваны раскрыть многосторонние грани бытия (природного и человеческого). Науки о природе называются естественными (от слова «естество» – природа); науки, связанные с человеком и человеческой деятельностью, называются гуманитарными (от «гомо» – человек). Внутри каждого из видов наук имеет место дальнейшее членение, они как бы суживаются по объему рассматриваемого в данной науке бытия, но зато делаются более глубокими, основательными. К примеру, биология – наука о живом («биос» – живое). Но само живое многообразно как по уровню организации, так и по структуре строения. Общее во всех видах живого – это клеточное строение, присутствующее как в амебе, так и в слоне, характерное как для мхов, так и для гигантских эвкалиптов. И сегодня биология расчленилась на множество биологических дисциплин, от микробиологии до анатомии и физиологии человека – основной научной дисциплины для студентов-медиков. Но среди самих врачей, занимающихся изучением болезней человека и контролем за его организмом, идет дополнительная специализация, а потому лишь в критических условиях врач-офтальмолог решится заменить хирурга, да и то в ограниченных пределах. Фарадей, Гаусс создали электротехнику. Ныне на базе этой науки появились радиотехника, радиолокация, электроника, микроэлектроника и др.

Особенность философии как формы познания бытия в том, что она стремится к познанию всеобщего. Она не знает ни опытов, ни наблюдения, не ставит экспериментов, поскольку объектом ее исследования является не «что-либо», а бытие вообще – материальное, духовное, умопостигаемое, т.е. такое, что можно допустить только на уровне мысли: бытие Бога, вторая жизнь, посмертное возвращение на землю и т.п. Поскольку человечество эти проблемы волнуют, то философия просто обязана ими заниматься, делать их объектом своего анализа. Но если естествознание и его подвиды стремятся к точности, к определенности, то философия, наоборот, стремится избегать точности по отношению к какой-либо конкретике: она – наука не фактов, а принципов бытия. Фактология, конкретно-закономерное постигается естествознанием.

Философия рассматривает лишь те стороны конкретного бытия, которые будут присутствовать и у миллионов других видов бытия. Например, что может быть общего между крокодилом и человеческой мыслью? Вопрос на бытовом уровне мышления способен вызвать только недоумение. Но для владеющего философией здесь недоумения не возникнет. Почему? В явлениях философия отыскивает то, что их сближает, делает элементами единого бытия. Что же объединяет крокодила и мышление? Во-первых, они выступают для нас как реальность; во-вторых, эта реальность преходящая; в-третьих, крокодил и мышление находятся в связях (крокодил – с Нилом, мышление – с сознанием человека). Как видно на этом простейшем примере, философия объединяющие признаки находит, казалось бы, в несравнимых проявлениях бытия. Отсюда и вытекает специфика философского познания: оно крайне «бледное», предельно всеобщее, но, вместе с тем, оно истинное, т.е. отражает то, что присутствует в реальном бытии. В этой связи мы и рассматриваем науку и философию как однопорядковые формы общественного сознания.

Вместе с тем, у философии есть и своя особенность, отличающая философское знание от знания естественнонаучного: философия одновременно выступает и наукой, и мировоззрением, в ней постоянно присутствует «человеческий» оценочный элемент, тогда как естествознание непосредственно замкнуто на объективную реальность, превращая ее в формулы, законы, отношения и соотношения, качественные характеристики уступают место цифрам и др. Естествознание оставляет от природы только ее каркас (верно, каркас прочный, основательно выверенный), а в философии, как выразился Маркс, «материя улыбается своими красками всему человечеству». Для науки вода – это просто «аш-два-О», для философии – это тревожащая душу стихия, когда ты стоишь на берегу Тихого океана где-нибудь на побережье Сахалина. Набор возникающих при этом чувств, эмоций, стремлений и будет выступать человеческим восприятием действительности, которое отсутствует в научной картине мира (хотя в действительности картины-то наука нам и не оставляет). Для химика, даже самого выдающегося, таблица Д. И. Менделеева – это Периодический закон системы элементов; философ же видит за «системой элементов» всю Вселенную, от ее пылинок до звезд и галактик, перед ним – все тайны Космоса, раскрытая книга мировой эволюции.